The constant muse | Books | The Guardian:
"When John le Carré was searching for the inspiration for his new bestseller, The Constant Gardener, he realised his heroine had already been his friend for 20 years. Here, he celebrates the life of Yvette Pierpaoli, a fearless French adventuress whose tragic death the book foretells."
There was a time when, coming out of a novel, I would hit the ground running. And I knew that if I could just keep on running and not be bothered with all that boring editing and publishing nonsense, I could write another book twice as quickly as the last one. I may even have been right. But not this time. This time, I've come out shuffling. I'm like a jailbird after a long stretch: unready for life, resentful of the separation, nostalgic for the chums I'd been locked up with, and longing to get back inside where I was safe. More strangely, I have unfinished business. I have the feeling that I've written someone else's novel.
The novel in question is called The Constant Gardener. It describes a middle-aged British diplomat's search for the killers of his murdered young wife, Tessa. The diplomat's name is Justin, and he is a Foreign Office plodder employed in the British High Commission in Nairobi. The story opens with Tessa's death on the shores of Lake Turkana, in northern Kenya, where she was fatally stabbed and the driver of her jeep decapitated. Her companion and putative lover, an African doctor, apparently fled the scene. The story goes on from there.
Sunday, May 3, 2015
Танец для одной. Майя Плисецкая.
Ъ - Танец для одной:
На 90-м году ушла из жизни гражданка Литвы и Германии, почётный доктор университета Сорбонны, почётный профессор МГУ, почётный гражданин Испании, талантливая балерина Майя Плисецкая.
"И второй раз родится не выйдет, как ни старайся. Своё живи!" - одна из ярких цитат балерины.
"Люди не делятся на классы, расы, государственные системы.
Люди делятся на плохих и хороших.
Только так.
Хорошие всегда исключение, подарок Неба“, – Майя Плисецкая.
"От морщин никуда не деться…
Но молодящийся старичок или старушка – это смешно…
Знаете, есть старый сад и новый сад.
Но ухожен он или нет – это уже совсем другое дело.
То же самое с лицом человека: всегда видно – ухожено оно или запущено“, – Майя Плисецкая.
"Конечно, двадцать лет тем и сказочны для всякой женщины,что в двадцать выглядит она хорошо круглые сутки.
А к тридцати, увы, хороша она уж часа эдак три за день.
Потом - того меньше.
А к пятидесяти сверкнут пять-семь минут.
Да и то в выигрышном освещении, со старательным макияжем.", – Майя Плисецкая.
В своей книге "Я, Майя Плисецкая" балерина писала:
"...Дам вам совет, будущие поколения.
Меня послушайте.
Не смиряйтесь, до самого края не смиряйтесь.
Даже тогда — воюйте, отстреливайтесь, в трубы трубите, в барабаны бейте, в телефоны звоните,телеграммы с почтамтов шлите, не сдавайтесь, до последнего мига боритесь, воюйте. Даже тоталитарные режимы отступали, случалось, перед одержимостью, убежденностью, настырностью.
Мои победы только на том и держались.
Характер — это и есть судьба...".
Майя Михайловна всегда считала, что коммунизм хуже фашизма.
'via Blog this'
На 90-м году ушла из жизни гражданка Литвы и Германии, почётный доктор университета Сорбонны, почётный профессор МГУ, почётный гражданин Испании, талантливая балерина Майя Плисецкая.
"И второй раз родится не выйдет, как ни старайся. Своё живи!" - одна из ярких цитат балерины.
"Люди не делятся на классы, расы, государственные системы.
Люди делятся на плохих и хороших.
Только так.
Хорошие всегда исключение, подарок Неба“, – Майя Плисецкая.
"От морщин никуда не деться…
Но молодящийся старичок или старушка – это смешно…
Знаете, есть старый сад и новый сад.
Но ухожен он или нет – это уже совсем другое дело.
То же самое с лицом человека: всегда видно – ухожено оно или запущено“, – Майя Плисецкая.
"Конечно, двадцать лет тем и сказочны для всякой женщины,что в двадцать выглядит она хорошо круглые сутки.
А к тридцати, увы, хороша она уж часа эдак три за день.
Потом - того меньше.
А к пятидесяти сверкнут пять-семь минут.
Да и то в выигрышном освещении, со старательным макияжем.", – Майя Плисецкая.
В своей книге "Я, Майя Плисецкая" балерина писала:
"...Дам вам совет, будущие поколения.
Меня послушайте.
Не смиряйтесь, до самого края не смиряйтесь.
Даже тогда — воюйте, отстреливайтесь, в трубы трубите, в барабаны бейте, в телефоны звоните,телеграммы с почтамтов шлите, не сдавайтесь, до последнего мига боритесь, воюйте. Даже тоталитарные режимы отступали, случалось, перед одержимостью, убежденностью, настырностью.
Мои победы только на том и держались.
Характер — это и есть судьба...".
Майя Михайловна всегда считала, что коммунизм хуже фашизма.
'via Blog this'
Плисецкие-Мессерер из рода литваков.
Плисецкие-Мессерер из рода литваков - новости культуры, статьи об истории - газета «Обзор», новости Литвы:
"Она танцевала практически 60 лет и почти 50 из них – на сцене Большого театра, в труппу которого была принята в 1943 году, сразу после окончания Московского хореографического училища. Плисецкая стала легендой и символом Большого театра. Она обладает обширной коллекцией наград и является кавалером российского ордена «За заслуги перед Отечеством» 3, 2 и 1 степеней, а также орденов многих стран. Её имя присвоено малой планете номер 4626.
Однако жизнь Майи Плисецкой не всегда была безоблачной. Дочь репрессированных родителей, она находилась под надзором КГБ и несколько лет вообще была «невыездной». Но даже в самые трудные времена она казалась баловнем судьбы. Мэтр мировой моды и большой друг балерины Пьер Карден сказал о ней: «Она так талантлива и неизменно красива! Всегда победительница, в том числе и со временем, годы отступают перед её жизнелюбием, энергией, смелостью и неутомимой жаждой творчества!»
"Она танцевала практически 60 лет и почти 50 из них – на сцене Большого театра, в труппу которого была принята в 1943 году, сразу после окончания Московского хореографического училища. Плисецкая стала легендой и символом Большого театра. Она обладает обширной коллекцией наград и является кавалером российского ордена «За заслуги перед Отечеством» 3, 2 и 1 степеней, а также орденов многих стран. Её имя присвоено малой планете номер 4626.
Однако жизнь Майи Плисецкой не всегда была безоблачной. Дочь репрессированных родителей, она находилась под надзором КГБ и несколько лет вообще была «невыездной». Но даже в самые трудные времена она казалась баловнем судьбы. Мэтр мировой моды и большой друг балерины Пьер Карден сказал о ней: «Она так талантлива и неизменно красива! Всегда победительница, в том числе и со временем, годы отступают перед её жизнелюбием, энергией, смелостью и неутомимой жаждой творчества!»
Sunday, April 19, 2015
Чем русские отличаются от американцев.
Чем русские отличаются от американцев и почему в санкциях нет смысла: Общество: Россия: Lenta.ru:
Американцы и русские. Анекдотов о том, какие они разные и как не понимают друг друга, за последний год стало больше. Правда, за это время степень непонимания зашкалила настолько, что стало совсем не смешно. Почему американские санкции производят совсем не тот эффект, на который были рассчитаны? Почему россияне с такой легкостью оказываются в позиции «весь мир против нас, а мы — такие гордые, непонятые и обиженные»? И главный вопрос: как обеим сторонам снова услышать друг друга? Об этом «Лента.ру» поговорила с американским социологом Джоном Смитом, который уже 20 лет пытается разобраться в базовых различиях между русскими и американцами.
«Лента.ру»: Что общего у русских и американцев?
Смит: Руки, ноги, голова (в физиологическом смысле). Остальное — разное.
Чем дольше я здесь живу (а это почти 25 лет, из них последние 15 — постоянно), тем отчетливее понимаю: мы совершенно разные. 90 процентов наших различий на подсознательном уровне, то есть люди действуют «на автомате».
Американцы и русские. Анекдотов о том, какие они разные и как не понимают друг друга, за последний год стало больше. Правда, за это время степень непонимания зашкалила настолько, что стало совсем не смешно. Почему американские санкции производят совсем не тот эффект, на который были рассчитаны? Почему россияне с такой легкостью оказываются в позиции «весь мир против нас, а мы — такие гордые, непонятые и обиженные»? И главный вопрос: как обеим сторонам снова услышать друг друга? Об этом «Лента.ру» поговорила с американским социологом Джоном Смитом, который уже 20 лет пытается разобраться в базовых различиях между русскими и американцами.
«Лента.ру»: Что общего у русских и американцев?
Смит: Руки, ноги, голова (в физиологическом смысле). Остальное — разное.
Чем дольше я здесь живу (а это почти 25 лет, из них последние 15 — постоянно), тем отчетливее понимаю: мы совершенно разные. 90 процентов наших различий на подсознательном уровне, то есть люди действуют «на автомате».
В чем базовое различие?
В том, как мы воспринимаем себя — и других, соответственно. Средний американец совершенно уверен, что он все может. В психологии это свойство называется «локус контроля»: склонность искать причину жизненных обстоятельств в себе (внутренний локус контроля) или во внешнем мире (внешний). Так вот, у американцев по большей части внутренний локус контроля: «я не смог чего-то достичь, потому что не очень-то и хотел или плохо старался». Именно поэтому они чаще сосредоточиваются на своем желании: «я хочу стать хорошим фигуристом (великим композитором, преподавателем йоги или чего угодно)» и часто не замечают препятствий. Отсюда их видимая самоуверенность (часто неоправданная).
У русских локус контроля большей частью внешний: они чаще всего считают, что ничего не могут сделать, что от них ничего не зависит, а во всем виноваты обстоятельства (история, климат, правительство). В массе своей они не уверены в себе — опять же необоснованно. К примеру, какие главные вопросы, на которые веками пытаются ответить русские?
Кто виноват и что делать?
Правильно. Даже известное выражение «авось» — яркий пример внешнего локуса контроля. Институт социологии РАН как-то провел исследование, выявившее, что примерно у 55 процентов россиян есть внешний локус контроля — против 15 процентов у американцев. Почему так? Есть множество факторов. Российская история: от татаро-монгольского ига до крепостного права и развала Советского Союза, от травматических 90-х годов и дефолта 1998-го. Суровый климат. Даже религия и сказки укрепляют внешний локус контроля.
Почему у американцев все наоборот? Америка — страна иммигрантов, где собраны самые мобильные представители других стран со всего мира. Фактически это результат естественного отбора по признаку внешнего локуса контроля. Все чуть сложнее, чем я описываю, но можно сказать, что Америка собрала на своей территории инакомыслящих — тех, кто воспринимал себя и жизнь в своей стране не так, как большинство.
В чем выражается эта разница на практике?
В том, что даже разговаривать нам трудно. Я не раз наблюдал это на различных «круглых столах». Американцы говорят, говорят и говорят. Они не умеют молчать, потому что их с детства учили выражать свое мнение. Если они этого не сделают, то начнут сомневаться в своем существовании. Русские же обычно молчат. Они смотрят друг на друга, мнутся, боятся оказаться неправыми, привлечь внимание. Если представить восприятие себя в виде шкалы, где реальность расположена где-то посередине, то американец, как правило, ставит себя выше, а русский — ниже. В итоге нет никакого контакта, потому что для коммуникации нужно находиться на одном уровне.
Есть шанс найти общий язык?
Всегда есть. Если речь о публичных дискуссиях, я лично всегда советую американцам меньше говорить — если возможно, вообще умолкнуть. Можно задавать вопросы и слушать. И высказывать свое мнение только в том случае, если русские спросят. Это очень сложно для американца. Что требуется от русских? Надо рискнуть и заговорить. Может, это не так или неправильно, но, чтобы был контакт, это важно. Тогда американцы выходят из неоправданно высокой позиции, а русские, задавая вопросы, поднимаются. И мы оказываемся наконец в позиции «глаза в глаза». Что происходит между нашими странами сейчас? Нет вообще никакого контакта.
Американцы убеждены, что они все понимают — Россию, русских, Путина. Между тем большинство политиков и экспертов, как мне кажется, вообще ничего не понимают.
Даже если мы разговариваем, такое ощущение, что мы говорим на разных языках.
В известном смысле так и есть. Даже «да» и «нет» для нас означает разное. Для среднего американца «нет» — значит, нет. У русских это может означать и «нет», и «может быть», а иногда и «да». Это, кстати, культурный шок для американских молодых людей, ухаживающих за русскими девушками. Сколько «нет» может принять парень от американской девушки? Максимум пару, и история окончена. Нет так нет. Здесь я наблюдал множество историй, когда после нескольких десятков «нет» девушки очень удивлялись, когда молодой человек прекращал попытки сблизиться — для нее «нет» были просто частью игры, вариантом нормы.
А с «да» тоже все не так?
Ровно наоборот. Когда русские говорят «да», это означает «да». У американцев это и «да», и «может быть», и «нет»! Почему так? На подсознательном уровне «нет» для американцев означает угрозу для их самозащиты — это воспринимается как нарушение (ментальное или физическое) границ, вторжение в их личное пространство, а оно для них свято. Privacy — это то, без чего средний американец не может жить. В русском языке нет даже слова для обозначения этого понятия. Границы личного пространства у русских условные, практически их нет. Американцы же без них не могут существовать, поэтому чтобы обезопаситься, мы отделяем себя. Это известная вещь, обычно описываемая как индивидуализм Запада и коллективизм Востока.
Как это выглядит во время кросс-культурного общения? Когда русский слышит американское «да» и понимает, что оно не совсем «да», он считает это лицемерием. Когда русский слышит американское «нет», он не воспринимает его всерьез. А американец считает, что его не слышат — грубят ему, ведут себя агрессивно, неуважительно, не учитывают его мнения. Нет никаких плохих намерений, никто ничего плохого не хочет. Мы ведем себя, как принято в наших культурах. В результате — конфликт!
И что делают в таких случаях?
Конечно, разное. Русский будет выяснять отношения, американец обратится к посреднику. Я даже сам это вижу. Помню, однажды в поезде, направлявшемся в Питер, соседи по вагону весело и шумно выпивали, и я позвал проводника, чтобы он разобрался. Для меня это было естественно. Но соседи изумились и обиделись: почему я просто не сказал им, что они мне мешают…
Почему?
Средний американец не любит конфликтов. Мы делаем все, чтобы избегать их, пытаясь обезопасить себя на подсознательном уровне. Защищать надо свою границу. Поэтому мы построили то, что я называю «буферная система», которая делает за нас многие неприятные вещи. Это чиновник, полицейский, проводник, преподаватель — человек с должностью, позволяющей ему говорить и делать разные нужные, но некомфортные вещи. Это и наши законы, правила, и наше отношение к ним. Это отчасти объясняет, почему в Штатах люди слепо соблюдают законы и так свободно обращаются к официальным лицам за помощью, ждут от них помощи и получают. В России трудно представить, чтобы человек по своей воле обратился в полицию или к чиновнику.
Но и чиновники, и полиция здесь другие…
Такие, какие вас устраивают. По моему ощущению, здесь люди не боятся конфликтов. Конфликт — это один из видов общения. Чаще всего вы говорите то, что вы думаете, уверенные, что идти на конфликт — это нормально, честно. На мой взгляд, это здоровый подход к жизни. Я много раз видел, как люди здесь дрались. А через 10 минут обнимались. Я сам первый раз в жизни здесь дрался — надеюсь, последний. Через 20 минут мы с этим человеком уже обнимались. Моей американской части до сих пор стыдно. А русская часть говорит, что, пожалуй, это было здорово…
Уже есть русская часть?
Кажется, я иногда люблю Россию больше, чем мои русские друзья. Они говорят «пора валить». Есть русские, которые переехали в Америку — они не понимают, как здесь можно жить: «Там плохо». Нет, не плохо — просто по-другому.
Когда в разгар украинского конфликта я пытался что-то объяснить моим американским друзьям, они просто меня не слышали, говоря: «Ты слишком долго там живешь»...
К вопросу о конфликтах: возможно, для России нынешний конфликт в отношениях не так серьезен, как для Америки. Вы не воспринимаете это так глубоко. Для американца конфликт — это чуть ли не точка невозврата. Если я дошел до драки, значит, все очень-очень плохо. Возможно, для русских это часть игры, вариант поведения, способ выяснить что-то. Впрочем, это лишь гипотеза, я не политолог. Знаю лишь, что в любом конфликте, на уровне людей или семьи, не бывает одного виноватого — это всегда история двоих. И разрешается конфликт только тогда, когда стороны берут ответственность за свою половину.
Что-то непохоже, чтобы Америка собиралась ответить за свои 50 процентов — пока только новые санкции.
Известно, что санкции вообще плохо работают по всему миру. Наши эксперты в последние полгода много пишут об этом. Почему санкции, тем не менее, вводят? Западный менталитет воспринимает наказание как способ решения большинства проблем.
Потому что изначально в западном подсознании заложено, что люди могут отвечать за себя и все контролировать. Это первое. Второе — американцы решили, что должны отвечать за все проблемы в мире. Я предполагаю, что корни этого мышления в том, что США — страна эмигрантов. Они когда-то покинули родину, потому что им там не нравилось. Поэтому они считают, что там, «не в Америке», все было плохо, и они должны помогать тем, кто остался. Это передается из поколения в поколение. Кроме того, нужно понимать, что внешняя политика часто делается не для решения той или иной мировой проблемы, а для решения конкретной проблемы отдельного политика. В США политическая борьба вполне реальная вещь, в отличие от России, где она сейчас больше бутафорская. И избирательная тактика «ты нападаешь на меня, я нападаю на тебя» немножко перешла на международные отношения. Политики и президент считают себя вынужденными что-то делать — это для внутреннего использования. «Надо что-то делать там, иначе у тебя будут проблемы здесь, дома».
'via Blog this'
В том, как мы воспринимаем себя — и других, соответственно. Средний американец совершенно уверен, что он все может. В психологии это свойство называется «локус контроля»: склонность искать причину жизненных обстоятельств в себе (внутренний локус контроля) или во внешнем мире (внешний). Так вот, у американцев по большей части внутренний локус контроля: «я не смог чего-то достичь, потому что не очень-то и хотел или плохо старался». Именно поэтому они чаще сосредоточиваются на своем желании: «я хочу стать хорошим фигуристом (великим композитором, преподавателем йоги или чего угодно)» и часто не замечают препятствий. Отсюда их видимая самоуверенность (часто неоправданная).
У русских локус контроля большей частью внешний: они чаще всего считают, что ничего не могут сделать, что от них ничего не зависит, а во всем виноваты обстоятельства (история, климат, правительство). В массе своей они не уверены в себе — опять же необоснованно. К примеру, какие главные вопросы, на которые веками пытаются ответить русские?
Кто виноват и что делать?
Правильно. Даже известное выражение «авось» — яркий пример внешнего локуса контроля. Институт социологии РАН как-то провел исследование, выявившее, что примерно у 55 процентов россиян есть внешний локус контроля — против 15 процентов у американцев. Почему так? Есть множество факторов. Российская история: от татаро-монгольского ига до крепостного права и развала Советского Союза, от травматических 90-х годов и дефолта 1998-го. Суровый климат. Даже религия и сказки укрепляют внешний локус контроля.
Почему у американцев все наоборот? Америка — страна иммигрантов, где собраны самые мобильные представители других стран со всего мира. Фактически это результат естественного отбора по признаку внешнего локуса контроля. Все чуть сложнее, чем я описываю, но можно сказать, что Америка собрала на своей территории инакомыслящих — тех, кто воспринимал себя и жизнь в своей стране не так, как большинство.
В чем выражается эта разница на практике?
В том, что даже разговаривать нам трудно. Я не раз наблюдал это на различных «круглых столах». Американцы говорят, говорят и говорят. Они не умеют молчать, потому что их с детства учили выражать свое мнение. Если они этого не сделают, то начнут сомневаться в своем существовании. Русские же обычно молчат. Они смотрят друг на друга, мнутся, боятся оказаться неправыми, привлечь внимание. Если представить восприятие себя в виде шкалы, где реальность расположена где-то посередине, то американец, как правило, ставит себя выше, а русский — ниже. В итоге нет никакого контакта, потому что для коммуникации нужно находиться на одном уровне.
Есть шанс найти общий язык?
Всегда есть. Если речь о публичных дискуссиях, я лично всегда советую американцам меньше говорить — если возможно, вообще умолкнуть. Можно задавать вопросы и слушать. И высказывать свое мнение только в том случае, если русские спросят. Это очень сложно для американца. Что требуется от русских? Надо рискнуть и заговорить. Может, это не так или неправильно, но, чтобы был контакт, это важно. Тогда американцы выходят из неоправданно высокой позиции, а русские, задавая вопросы, поднимаются. И мы оказываемся наконец в позиции «глаза в глаза». Что происходит между нашими странами сейчас? Нет вообще никакого контакта.
Американцы убеждены, что они все понимают — Россию, русских, Путина. Между тем большинство политиков и экспертов, как мне кажется, вообще ничего не понимают.
Даже если мы разговариваем, такое ощущение, что мы говорим на разных языках.
В известном смысле так и есть. Даже «да» и «нет» для нас означает разное. Для среднего американца «нет» — значит, нет. У русских это может означать и «нет», и «может быть», а иногда и «да». Это, кстати, культурный шок для американских молодых людей, ухаживающих за русскими девушками. Сколько «нет» может принять парень от американской девушки? Максимум пару, и история окончена. Нет так нет. Здесь я наблюдал множество историй, когда после нескольких десятков «нет» девушки очень удивлялись, когда молодой человек прекращал попытки сблизиться — для нее «нет» были просто частью игры, вариантом нормы.
А с «да» тоже все не так?
Ровно наоборот. Когда русские говорят «да», это означает «да». У американцев это и «да», и «может быть», и «нет»! Почему так? На подсознательном уровне «нет» для американцев означает угрозу для их самозащиты — это воспринимается как нарушение (ментальное или физическое) границ, вторжение в их личное пространство, а оно для них свято. Privacy — это то, без чего средний американец не может жить. В русском языке нет даже слова для обозначения этого понятия. Границы личного пространства у русских условные, практически их нет. Американцы же без них не могут существовать, поэтому чтобы обезопаситься, мы отделяем себя. Это известная вещь, обычно описываемая как индивидуализм Запада и коллективизм Востока.
Как это выглядит во время кросс-культурного общения? Когда русский слышит американское «да» и понимает, что оно не совсем «да», он считает это лицемерием. Когда русский слышит американское «нет», он не воспринимает его всерьез. А американец считает, что его не слышат — грубят ему, ведут себя агрессивно, неуважительно, не учитывают его мнения. Нет никаких плохих намерений, никто ничего плохого не хочет. Мы ведем себя, как принято в наших культурах. В результате — конфликт!
И что делают в таких случаях?
Конечно, разное. Русский будет выяснять отношения, американец обратится к посреднику. Я даже сам это вижу. Помню, однажды в поезде, направлявшемся в Питер, соседи по вагону весело и шумно выпивали, и я позвал проводника, чтобы он разобрался. Для меня это было естественно. Но соседи изумились и обиделись: почему я просто не сказал им, что они мне мешают…
Почему?
Средний американец не любит конфликтов. Мы делаем все, чтобы избегать их, пытаясь обезопасить себя на подсознательном уровне. Защищать надо свою границу. Поэтому мы построили то, что я называю «буферная система», которая делает за нас многие неприятные вещи. Это чиновник, полицейский, проводник, преподаватель — человек с должностью, позволяющей ему говорить и делать разные нужные, но некомфортные вещи. Это и наши законы, правила, и наше отношение к ним. Это отчасти объясняет, почему в Штатах люди слепо соблюдают законы и так свободно обращаются к официальным лицам за помощью, ждут от них помощи и получают. В России трудно представить, чтобы человек по своей воле обратился в полицию или к чиновнику.
Но и чиновники, и полиция здесь другие…
Такие, какие вас устраивают. По моему ощущению, здесь люди не боятся конфликтов. Конфликт — это один из видов общения. Чаще всего вы говорите то, что вы думаете, уверенные, что идти на конфликт — это нормально, честно. На мой взгляд, это здоровый подход к жизни. Я много раз видел, как люди здесь дрались. А через 10 минут обнимались. Я сам первый раз в жизни здесь дрался — надеюсь, последний. Через 20 минут мы с этим человеком уже обнимались. Моей американской части до сих пор стыдно. А русская часть говорит, что, пожалуй, это было здорово…
Уже есть русская часть?
Кажется, я иногда люблю Россию больше, чем мои русские друзья. Они говорят «пора валить». Есть русские, которые переехали в Америку — они не понимают, как здесь можно жить: «Там плохо». Нет, не плохо — просто по-другому.
Когда в разгар украинского конфликта я пытался что-то объяснить моим американским друзьям, они просто меня не слышали, говоря: «Ты слишком долго там живешь»...
К вопросу о конфликтах: возможно, для России нынешний конфликт в отношениях не так серьезен, как для Америки. Вы не воспринимаете это так глубоко. Для американца конфликт — это чуть ли не точка невозврата. Если я дошел до драки, значит, все очень-очень плохо. Возможно, для русских это часть игры, вариант поведения, способ выяснить что-то. Впрочем, это лишь гипотеза, я не политолог. Знаю лишь, что в любом конфликте, на уровне людей или семьи, не бывает одного виноватого — это всегда история двоих. И разрешается конфликт только тогда, когда стороны берут ответственность за свою половину.
Что-то непохоже, чтобы Америка собиралась ответить за свои 50 процентов — пока только новые санкции.
Известно, что санкции вообще плохо работают по всему миру. Наши эксперты в последние полгода много пишут об этом. Почему санкции, тем не менее, вводят? Западный менталитет воспринимает наказание как способ решения большинства проблем.
Потому что изначально в западном подсознании заложено, что люди могут отвечать за себя и все контролировать. Это первое. Второе — американцы решили, что должны отвечать за все проблемы в мире. Я предполагаю, что корни этого мышления в том, что США — страна эмигрантов. Они когда-то покинули родину, потому что им там не нравилось. Поэтому они считают, что там, «не в Америке», все было плохо, и они должны помогать тем, кто остался. Это передается из поколения в поколение. Кроме того, нужно понимать, что внешняя политика часто делается не для решения той или иной мировой проблемы, а для решения конкретной проблемы отдельного политика. В США политическая борьба вполне реальная вещь, в отличие от России, где она сейчас больше бутафорская. И избирательная тактика «ты нападаешь на меня, я нападаю на тебя» немножко перешла на международные отношения. Политики и президент считают себя вынужденными что-то делать — это для внутреннего использования. «Надо что-то делать там, иначе у тебя будут проблемы здесь, дома».
'via Blog this'
Tuesday, April 14, 2015
Alcohol dependence.
White matter microstructural recovery with abstinence and decline with relapse in alcohol dependence interacts with normal ageing: a controlled longitudinal DTI study : The Lancet Psychiatry:
'via Blog this'
Background
Alcohol dependence exacts a toll on brain white matter microstructure, which has the potential of repair with prolonged sobriety. Diffusion tensor imaging (DTI) enables in-vivo quantification of tissue constituents and localisation of tracts potentially affected in alcohol dependence and its recovery. We did an extended longitudinal study of alcoholism's trajectory of effect on selective fibre bundles with sustained sobriety or decline with relapse.
Methods
Participants were drawn from a longitudinal, 1·5T DTI database of 841 scans of individuals with various medical or neuropsychiatric conditions and normal ageing. Participants diagnosed with alcohol dependence had to meet the criteria from DSM-IV for alcohol dependence. Controls were screened and free of any DSM-IV axis I diagnosis, including being without history of alcohol or drug abuse or dependence. Tract-based spatial statistics (TBSS) quantified white matter integrity throughout the brain in 47 alcohol-dependent individuals and 56 controls examined 2—5 times over 1—8 year intervals. We identified regions showing group differences with a white matter atlas. For macrostructural comparison, we measured corpus callosum and centrum semiovale volumes on MRI.
Findings
This study took place in the USA, between June 23, 2000, and Sept 6, 2011. TBSS identified a large cluster (threshold p<0·001), where controls showed significant fractional anisotropy (FA) decrease with ageing and alcohol-dependent individuals had significantly lower FA than controls regardless of age. Over the examination interval, 27 (57%) alcohol-dependent individuals abstained, ten (21%) relapsed into light drinking, and ten (21%) relapsed into heavy drinking (>5 kg of alcohol/year). Despite abnormally low FA, age trajectories of the abstainers were positive and progressing toward normality, whereas those of the relapsers and controls were negative. Axial diffusivity (lower values indexing myelin integrity) was abnormally high in the total alcohol-dependent group; however, the abstainers' slopes paralleled those of controls, whereas the heavy-drinking relapsers' slopes showed accelerated ageing. Callosal genu and body microstructure but not macrostructure showed untoward alcohol-related effects. Affected projection and association tracts had an anterior and superior neuroanatomical distribution.
Interpretation
Return to heavy drinking resulted in accelerating microstructural white matter damage. Despite evidence for damage, alcohol-dependent individuals maintaining sobriety over extended periods showed improvement in brain fibre tract integrity reflective of fibre reorganisation and myelin restoration, indicative of a neural mechanism explaining recovery.
Кино. "Гавр".
№25 (836) / Искусство и культура / Художественный дневник / Кино / Сироп крепчал:
Гавр по-французски означает «тихая гавань, убежище».
'via Blog this'
Гавр по-французски означает «тихая гавань, убежище».
'via Blog this'
Кино. "Boyhood".
Роман воспитания. «Отрочество», режиссер Ричард Линклейтер - Искусство кино: "Boyhood"
"Дело, как раз в отсутствии традиционного событийного повествования.
В той самой трилогии, которая сделала его имя культовым среди поклонников инди-фильмов: «Перед рассветом», «Перед закатом», «Перед полуночью», – сюжета в привычном смысле слова не сыскать.
Ну, знакомится юный американец с француженкой, высаживаются они из поезда в Вене вместо Парижа, бродят всю ночь напролет по городу, влюбляясь и в него, а еще больше друг в друга.
Что это за love story, которая завершается обещанием встретиться через полгода?
А встречаются, как и следовало ожидать, через девять лет.
Почти случайно.
Но эта встреча – сюжет уже следующего фильма «Перед закатом», где герои находят друг друга в Париже.
Действие последнего фильма трилогии «Перед полуночью», где впервые демоны страстей, обид и усталость от семейной жизни грозят выйти из-под контроля рацио, разворачивается в Греции, в пространстве, где каждый камень буквально напоминает об античности.
"Дело, как раз в отсутствии традиционного событийного повествования.
В той самой трилогии, которая сделала его имя культовым среди поклонников инди-фильмов: «Перед рассветом», «Перед закатом», «Перед полуночью», – сюжета в привычном смысле слова не сыскать.
Ну, знакомится юный американец с француженкой, высаживаются они из поезда в Вене вместо Парижа, бродят всю ночь напролет по городу, влюбляясь и в него, а еще больше друг в друга.
Что это за love story, которая завершается обещанием встретиться через полгода?
А встречаются, как и следовало ожидать, через девять лет.
Почти случайно.
Но эта встреча – сюжет уже следующего фильма «Перед закатом», где герои находят друг друга в Париже.
Действие последнего фильма трилогии «Перед полуночью», где впервые демоны страстей, обид и усталость от семейной жизни грозят выйти из-под контроля рацио, разворачивается в Греции, в пространстве, где каждый камень буквально напоминает об античности.
Thursday, April 9, 2015
Film. "Martha Marcy May Marlene".
Martha Marcy May Marlene - Film4:
In a nutshell:
Neither the thriller the trailer suggests, not the feminine, visual poem suggested by the poster, this is a film about loss of self that is absolutely clear about its own identity: a tightly-framed window overlooking the effect on one woman of renouncing the structures defining her life.
'via Blog this'
In a nutshell:
Neither the thriller the trailer suggests, not the feminine, visual poem suggested by the poster, this is a film about loss of self that is absolutely clear about its own identity: a tightly-framed window overlooking the effect on one woman of renouncing the structures defining her life.
'via Blog this'
Subscribe to:
Posts (Atom)
